Молчание сонного пригорода

«Всякая злость мала в сравнении со злостью жены; жребий грешника да падет на неё.» (Книга Премудрости Иисуса сына Сирахова)

 

«Последняя приманка для грызуна» написано огромными черными буквами на красной банке. Под надписью большая черная крыса с розовыми ушками спешит по своим последним делам. В её схематичном глазе-точке есть что-то инфернальное, как будто она знает гораздо больше, чем кто-либо из вас. «Безотказно действует с 1948 года» — утверждает строчка внизу. У жестяной банки такой вид, будто именно её и произвели на конвейере в том самом 48-м. Ты бы не удивилась, узнай, что миссис Девенпорт, хранит её ещё с послевоенного времени — в её доме полно вещей, которые нынче можно считать историческими раритетами.

— Он действует, ты не сомневайся, — говорит она за твоей спиной.

Она говорила что-то и до этого, но ты упустила, охваченная воспоминанием о своем вчерашнем выступлении с Женей в джаз-клубе. Вчера вы сорвали настоящие овации. Питер, бармен, говорит, что по четвергам приходит всё больше людей — только чтобы послушать вас. В конце вечера к вам даже подошел мужчина в старомодном костюме с ретро-усиками и дал свою визитку, представившись импресарио. Он сказал, что вы могли бы сделать музыкальную карьеру. Женя на это только посмеялась, её вполне устраивало текущее положение вещей — никто из вас раньше не задумывался о том, чтобы заниматься этим всерьёз. Да и твоя семья бы не поняла такого выбора — ни прошлая, ни нынешняя.

— Тебе просто нужно добавить это в приманку и насыпать в подвале. Там они и обитают. Сейчас быстродействущие яды запрещены, но в моё время никто такой ерундой не заморачивался, — продолжает бубнеть миссис Девенпорт.

В свои 84 она очень активная и общительная. Ходит на прогулку и утром, и вечером, поэтому велик риск натолкнуться на неё по пути в магазин и выболтать ей что-либо лишнее, из-за чего она найдет повод прийти к тебе с утра пораньше и посмотреть, что у вас делается. Она по сути безвредная, просто слишком любопытная. Кроме сериалов, да звонков от внучки никаких развлечений в её жизни нет. Раньше вязала, но теперь из-за плохого зрения не может. О да, ты знаешь о неё всё за годы соседства.

Крысы у вас и впрямь завелись. Ты нашла в кладовой попорченные мешки с крупами. И это бы ещё ничего, но вчера ты обнаружила, что кто-то из этих тварей погрыз едва начавший цвести гибискус, и сейчас возясь с его поникшими листочками, ты поняла, что спасти его уже не удастся. Поэтому помощь соседки в виде этой банки была не лишней.

— Ты ведь идёшь на похороны, милочка?- вдруг резко переводит разговор на другую тему старушка.

Закладка Постоянная ссылка.

136 комментариев

  1. Уже привыкшая к мерному бормотанию миссис Девенпорт про яд для мерзких крыс, которые и правда становится не просто безвредными соседями по дому, я не сразу поняла её вопрос. И поскольку отвечать все равно придётся – это пожилая женщина никогда не давала быть пассивным слушателем в беседе – решила уточнить, что именно она имела в виду, когда так резко поменяла тему совершенно обыденного разговора.

    – Простите, я задумалась, на чьи похороны иду и когда? – придав голосу наиболее сочувственную и вежливую интонацию, спросила я.

  2. — Похороны маленького Тедди МакКини, — терпеливо говорит миссис Девенпорт. 

    В зеркале ты видишь, как она присаживается на краешек кухонного дивана — очевидно, собирается обсудить с тобой предстоящее событие. Её маленькие ручки складываются в клубочек на длинной вязанной юбке.

    — Бедный крошка, родители решили отдавать его в школу в следующем году, а оно вот как сложилось. Третий ребенок — и это только в этом году. Вся община собирается прийти к ним, чтобы поддержать, как добрые католики. Служба начнется в полдень, а вести её, говорят, будет отец Бенедикт. Нет вы только подумайте, живу здесь 54 года, и никогда такого не было. А все после бури началось. Сатанинский был день, я ещё тогда говорила, что это недобрый знак.

    Бурю ты помнишь — из-за неё у вас возникли сложности с переездом сюда пару лет назад. Пришлось откладывать дату и убирать участок от налетевшего мусора. 

    — Говорят, это сбежавший из психиатрической больницы. Ничего удивительного, ведь нормальные люди не станут такого делать. Подумать только, насильничать детей! Ох, Христос Всемогущий, помилуй нас и спаси наших деток, — она крестится. — Я слышала, его не могут поймать, потому что следов он не оставляет. Отмывает детей дочиста — ни крошки, ни пятнышка на них не остается. Что же это делается, и доколе полиция будет сидеть, сложа руки…

    Про серию убийств в ближайших районах Детройта ты уже слышала. прошлый раз случился месяцев пять назад. Если это делает и впрямь сбежавший сумасшедший, то он должен где-то жить все это время, не привлекая внимания. Твоя мать, слушая об этих страшных рассказах, иногда говорит, что может и хорошо, что ты до сих пор не понесла. Это больной мир.

    Миссис Девенпорт прерывает свои причитания, принюхивается и спрашивает:

    — А что, Вернон закурил?

  3. Мне правда жаль маленького Тедди МакКини, ведь он был ни в чем не виноват перед этим миром и Всевышним над нами.
    И опять перед тем, чтобы ответить на вопрос этой милой старушки, я немного опешила, ведь только что мы говорили про страшное убийство, а тут резко она задала не самый удобный вопрос. Про ежедневную сигарету не знала ни одна живая душа. И раскрывать свою зловредную привычку я не собиралась, уж это точно.
    — Ох, нет, миссис Девенпорт, Вы что, мой Вернон последний человек, кто будет курить, — сказала я, стараясь за улыбкой и нарочито спокойным голосом спрятать свои настоящие эмоции. — Неужели от меня пахнет сигаретами? И да, на похороны я пойду, подержать семью усопшего в столь тяжкий час, — быстро добавила я, надеясь отвлечь. 

  4. — Это славно, это славно, милая, — кивает старушка, вновь задумавшись о похоронах. — В одиннадцать мы заедем за тобой на машине. Дочка Саманты повезет нас на своем Шевроле. Наверное, это Спаркс курил. Я видела, как он сегодня заезжал за твоим мужем. Он же на работу его возит, да? Сдружились они в последнее время, даже на рыбалку вместе ездят. Прости меня Господи, но я должна тебе сказать. Этот Спаркс — дрянной человек.

    Спаркс — начальник полиции вашего округа — должен был сильно провиниться, чтобы миссис Девенпорт о нём так сказала. Впрочем, тебе он тоже не нравился. Он действительно заходил к вам в дом, не разуваясь и не вынимая сигарету из зубов. Вечно поправлял ремень, натягивая штаны так, чтобы он плотнее облегали его мужское достоинство, и постоянно провожал тебя сальными взглядами.

    — Я слышала, как на той неделе лейтенант Грей, что живет через улицу, поколотил свою жену до сотрясения. Кто-то из соседей вызвал полицию, так этот Спаркс не принял заявление о побоях. Вечно выгораживает своих дружков. Написал в протоколе, что это был несчастный случай, а тем временем миссис Грей все ещё лежит в больнице.

    С миссис Девенпорт тебе даже не надо смотреть новости — она и так всё расскажет. Порою волосы становились дыбом от того, какие вещи скрывались за белыми заборчиками таких вот милых и ухоженных пригородов.

    — Ах, батюшки, как время летит! Скоро начнется новая серия "Грешной Анхелики", не могу пропустить, — вдруг вспоминает твоя соседка и, опираясь на ручку дивана, встает на ноги. — Не забудь про завтрашнюю службу, — тем не менее, даже двигаясь мелкими шажками к двери, она продолжает говорить: —  Ах да,  и еще дамы из городского совета все спрашивают меня, не хочешь ли ты присоединиться к кампании по облагораживанию покинутых районов города? Они на добровольных началах высаживают клумбы и сады на городских территориях. А у тебя такой чудесный садик — все они это заметили!

  5. — Хорошо, буду ждать вас к одиннадцати. Спасибо, миссис Девенпорт, что мы вместе поедем на машине, — с чувством благодарности я положила руку на плечо старушки. Мне правда стало спокойней от мысли, что передвигаться мы будем в машине. Дело в том, что я не очень люблю лишний раз ходить улицами нашего города, а это значит, меня вряд ли можно увидеть просто прогуливающейся в одиночку. Хотя Женя считает, что мне не помешало бы проводить больше времени с другими людьми (часто затрагивали эту тему), среди них точно может встретиться адекватный и приятный собеседник. Может в её словах и вправду есть что-то…

    — И да, так получается, что им с Верноном на работу еще ехать в одном направлении. Но вы меня простите, я признаюсь, Спарк также не вызывает теплых чувств, — продолжая наш разговор, говорю я. — А случай, что вы мне рассказали просто ужасный и красноречиво говорит про этого Спарка. Бог ему судья, — быстро добавила я. 

    — А что касается предложения дам из городского совета, передайте им, пожалуйста, что я согласна, и спасибо за комплимент моему садику, мне очень приятно. 

    Пойдя к двери мы распрощались. Уже на пути к дому, неся с собой такую нужную мне банку крысиного яда, меня немного одолели сомнения насчет своего участия в кампании по облагораживанию. Мне же придется познакомиться с новыми людьми и найти с ними хоть какой-то общий язык, но другой стороны, я буду заниматься любимым делом. Да и в конце концов, моей рукой пустующие земли станут ухоженными. Успокоивши себя такими доводами, я зашла в дом и принялась за дело. Пора было покончить с мелкими вредителями. 

  6. Миссис Девенпорт покидает тебя, полностью довольная вашим разговором и твоими ответами в частности. Не известно, как бы поменялось её мнение о тебе, если бы она узнала о твоих джазовых вечерах, но пока твоя репутация безупречна. По крайней мере до тебя пока не доходили чудовищные слухи о себе же.

    Прежде, чем ты приступила к поиску подходящей съедобной приманки, спокойствие твоего дома разрывается от телефонного звонка. Звонит ваш домашний телефон — пережиток, оставленный в угоду местным старушкам, так и не привыкшим к мобильным технологиям.

  7. Вздрогнув от неожиданности и очередной раз подумав, что лучше бы этого телефона и не было, я подняла трубку. 

    — Ало? — придав голосу спокойную интонацию, проговорила я. 

  8. — Анна? Доброе утро, я вас не отвлекаю? — на том конце провода звучит незнакомый мужской голос. Судя по всему это какой-то зрелый мужчина, интонации хорошо поставленные и спокойные, как у ведущего новостей.

  9. — Доброе утро. Извините, но вы ошиблись номером, это не Анна, — немного удивленно отвечаю такому необычному для обычного мужчины голосу в трубке. 

  10. — Прошу прощения, — смеется незнакомец. — Конечно же, теперь вас зовут Аделина. Ваша подруга, Женя, все ещё очень путается в том, как вас называть. К тому же, вам очень идет имя Анна. Вы наверное гадаете, кто я. Мы встречались с вами вчера в клубе.

  11. — Ах, да, я помню вас, господин импресарио, — после небольшой паузы отвечаю я. — Для меня является неожиданностью, что вы знаете не только моё прежнее имя, но еще и номер телефона, по которому мы с вами сейчас разговариваем. Ведь это я получила от вас визитку с контактами, а не наоборот.  

    И пускай мой ответ прозвучал не очень дружелюбно, этот человек должен сразу понять, что таять, от его вежливости и комплиментов я не собираюсь, как могла бы это сделать на моём месте любая другая девушка. 

  12. — Да, с моей стороны — чрезвычайно бестактно расспрашивать о вас у местных, но когда дела касаются бизнеса, я могу быть чересчур настойчивым. Простите мне эту фамильярность, миссис Элмерз. Уверяю вас, меньше всего на свете мне хотелось бы показаться вам навязчивым, но боюсь, что это единственный способ не дать вам забыть о себе и своей визитке, — продолжает он, и в его речи чувствуется что-то старомодное. 

    Ты пытаешься припомнить получше, как он выглядел. Высокий рост, клетчатый костюм, длинные темные волосы, собранные в хвост, дурацкие усики. Резко очерченное смуглое лицо без возраста  — ему могло быть как 40, так и 60. Такого джентльмена было легко представить в винтажном кино или распорядителем театра.

    — Мне удалось раздобыть несколько любительских записей ваших выступлений. Должен признаться, я нахожу вашу манеру петь и держаться на сцене по-настоящему утонченной. Большая редкость в наши дни.

  13. — Большое спасибо за комплимент. Рада, что наше с Женей творчество нравится разноплановой публике. Правда, хочу поделиться с вами моим удивлением, что такой человек как вы, в своих целях забрел в тихий джаз-клуб именно нашего неспокойного и не самого большего города, — спокойно проговорила я, сделав упор на слово "нашего", надеясь получить ответ.  

    Все больше и больше разговор с господином импресарио вызывал во мне чувство беспокойства, ведь мне никогда не нравилось такое пристальное  внимание к своей персоне. Да, конечно, когда ты выступаешь на сцене, люди смотрят на тебя, слушают, дают свою оценку ввиде аплодисментов, но все мы понимаем, что просто связаны вечером в клубе, где наш дуэт играет в удовольствие себе и публике. Никто с наших с Женей слушателей еще не возникал в обычной жизни, не прерывал её равномерное течение от четверга до четверга. Этот факт заставлял меня быть напряженной и внимательно слушать фразы собеседника, стараясь найти в них зацепки для понимания цели разговора.  

  14. — У меня религиозная матушка. Доживает свои дни в местной католической общине среди таких же ветхих леди, — бархатисто смеется мужчина. — Наша с вами встреча была случайностью, и я очень рад, что судьба не дала мне пропустить это свидание. Вы так молоды, миссис Элмерз, молоды и очень красивы, и я считаю несправедливостью то, что такой цветок расцвел в глуши, где никто его не видит. Моим величайшим желанием было бы вывезти такое сокровище туда, где его оценят по достоинству. У меня есть множество связей, и я бы сказал, что ресторанный бизнес мог бы отсыпать за вас золотые горы. И я не говорю о каких-то паршивых ресторанах маленьких городков. Я говорю об уровне "Грейс" в Чикаго, "ЭлевенМэдисон Парк" в Нью-Йорке или "Ателье Кренн" в Сан-Франциско. Дорогая мисс Элмерз, не хотели бы вы повидать мир?

  15. — Хмммм, очень заманчиво. Но перед тем, как я дам вам свой ответ, прошу, ответьте на два вопроса. Первый, взять себе под крыло вы хотите только меня или наш дуэт с Женей? И второй, вы наверно знаете, что я замужняя девушка. Так вот, как же мне быть с моей семьёй?  

  16. — Боюсь за вашу подругу я поручится перед своими спонсорами не смогу. Увы, шоу-бизнес — жестокий и бескомпромиссный хозяин, он выставляет свои стандарты к будущим богам и богиням. Ваша подруга могла бы попробовать себя в спокойной нише авторской музыки или инди. Безусловно, у неё могла бы появится своя аудитория поклонников при должно упорстве и усердии. Но мир, в который я вас приглашаю, довольно агрессивен. Он готов преклоняться перед безупречной красотой и харизмой, но не прощает несовершенство, понимаете о чем я? Иными словами, это билет только для вас одной. А семья? Ну что ж, назовите меня циником, но я думаю, что пока у вас нет колыбели, в которой муж бы мог вас намертво привязать, вы все ещё остаетесь личностью, которая может выбирать свое будущее. Возможно вы привыкли жить в мире, где мужчина имеет право на самореализацию, а женщина нет… Кстати, а что ваш муж думает о ваших выступлениях? Он оказывает вам поддержку?

  17. Ах, как же складно говорит этот человек, и эти слова так сладки! Словно дьявол, он знает куда метить, чтобы попасть в цель, знает, как предложить…
    Ведь уже давно у меня была тайная мечта накопить денег, чтобы съездить в Рим и разыскать брата. Музыка смогла бы стать выходом, открыла бы новые возможности. Моё лицо станет известным и брат, увидевши концерт или хотя бы услышавши какую-либо информацию, опять появится в моей жизни. Придётся бросить Женю, Верна, семью тут. Тяжело, но нужно, если я хочу идти за своей целью. Жизнь давно стала серыми буднями, каждый новый день похож на предыдущий, и так идёт год за годом … И единственным лучиком света является наши выступления, только в четверг я чувствую себя живой, что нельзя сказать про остальные одинаковые дни.
    Женя должна меня понять, она знает про брата, про мои отношения с Верном, она знает меня. Я думаю, получится все объяснить и сохранить нашу дружбу. Буду надеяться на это всем сердцем.
    — Позволю себе немного откровенности. Мой муж не знает, что я выступаю. И сказать нужно будет, если я приму решение пойти за вами в мир, который вы так описываете. Как вы и сами понимаете, это большой для меня риск: поставить на кон спокойную жизнь в тихом городке, променять её на концерты и публичность. Прошу, расскажите, какие гарантии вы предоставляете?  

  18. — Что ж, миссис Элмерз, я признаться и не надеялся, что вы так живо откликнитесь на мое деловое предложение. Очевидно, желание свободы зрело в вас уже долгое время, а я позвонил в добрый час. Если вы опасаетесь, что я с вами нечестен и пытаюсь зазвать вас в грязный бизнес, то мы с вами можем вместе решить, как обеспечить ваше ощущение безопасности. Как вы смотрите на то, чтобы я передал вам с курьером банковскую карточку с суммой задатка скажем в 10 тысяч долларов, которую вы сможете тратить, самостоятельно выбирая транспорт и гостиницы для проживания? Я буду давать вам координаты места, где пройдет следующий концерт, а встречи мы можем проводить на нейтральной территории — в ресторанах или кафе. Реквизит мы берем на себя, а репертуар, я надеюсь, будет схож с тем, что вы демонстрировали каждый четверг в Детройте.  К слову, вы ничем особым не рискуете, ведь если что-то с выступлениями пойдет не так, вы всегда сможете вернуться к мужу или к родителям — если муж будет настолько глуп, чтобы ставить вам какие-то ультиматумы по поводу вашего решения. Я даже не стану заставлять вас дать ответ прямо сейчас. Вы сможете взвесить все за и против и связаться со мной вечером. Что вы об этом думаете?

  19. — Давайте мы с вами так и договоримся, я до вечера еще раз обдумаю ваше предложение и перезвоню по номеру, что указан на визитке. Только перед тем, как мы сейчас закончим наш разговор, подскажите насчет географии предполагаемых концертов. Будут ли выезды за границы нашего государства и контимента, в том числе? И какой мне будет даваться срок для освоения репертуара? Ведь то, что вы мне предлагаете, является не просто любительскими выступлениями в местном клубе, это самая настоящая работа, которую я бы хотела выполнять хорошо. 

  20. — Чудесно, чудесно. Пока география предполагает пределы Соединенных Штатов, но в дальнейшем возможны и поездки в Канаду или Европу. На сцене я хотел бы увидеть то, что вы демонстрировали в клубе — легкий джаз и вашу изысканную энергетику. Насчет сроков, репертуара и технических деталей — я думаю, стоит поговорить не по телефону, а при личной встрече. В каком-нибудь хорошем ресторане или тихом кафе, смотря что вы предпочитаете. В таком случае если у вас больше нет вопросов, разрешите попрощаться с вами, я буду ждать вашего звонка с нетерпением.

  21. — Да, мне всё понятно, спасибо. До свидания, господин импресарио. — Я положила трубку и решила немного перевести дыхание. Ноги сами привели в нашу с Верном спальню, откуда я попала в моё любимое место в доме — балкончик. Нужно привести все мысли в порядок. Щёлкнула зажигалка, на конце сигареты зажёгся огонёк. Выпуская медленно дым, я задумалась, ведь мне предложена возможность заработать денег, легально и имея вескую причину выехать за границу, исполняя работу, которая мне по душе. Ну вот только что скажут Верн и Женя…
    Мне нужно осмелеть для разговора с Верном и семьёй, вряд ли они одобрят моё решение, и в свой адрес я выслушаю много хороших слов, эх. 
    Ладно, попробую заручиться поддержкой Жени, она всегда смотрела на вещи под другим углом и выбирала самый дёрзкий вариант. Ведь именно она, случайно услышав как я пою, предложила нам выступать, параллельно разбавляя серые будни, которые так затягивали. 
    Докурив, я взяла телефон и набрала номер подруги. Пожалуйста, пусть только она ответит. 

  22. За миг до того, как ты собираешься потушить окурок, твою левую руку пронзает острая боль. Как будто ты ткнула зажжённым сигаретным кончикам в самый ее центр.

    Окурок выскальзывает из твоей руки и, стукнувшись о край балкона, падает вниз во двор — теперь он белеет на выцветающем зеленом ковре вашего газона. Увидеть его отсюда довольно просто.

    Когда мы смотришь на левую, горящую болью ладонь, видишь, что в самом её центре краснеет и пузырится волдырем ожёг. У него странная форма — цепочка, загибающаяся цифрой 6.

     

  23. "О Господь!" — не веря своим глазам, но явно ощущая пульсирующую боль, я подхватываюсь с кресла. Бегом спускаясь в ванну за аптечкой, сознание все больше наполняет паника и полное непонимание. Я с силой отвинчиваю кран, и подставляю ладонь под поток холодной воды. Боль постепенно успокаивается, пальцы начинают неметь от холода. "Как это могло произойти, я же всегда аккуратно тушу сигарету. Да и эта цифра 6… Она пугает меня больше всего. Это никто не должен увидеть, ведь соседки сразу начнут пересказывать друг другу про издевательства Верна над мной или, что еще хуже, посчитают за метку" — я быстро обрабатываю руку и делаю повязку, перекрывающую всю ладонь.
    Уже выходя с ванны, в голове резко возникает картина газона с белым пятном окурка. Спеша, я выхожу и иду к нему. Убедившись, что никого на улице нет, подхватываю его, попутно заворачивая в клочок ненужной бумаги, несу к баку с мусором.

  24. От твоих манипуляций рука и правда начинает болеть намного меньше, и когда ожог оказывается под повязкой — она окончательно стихает.

    Операция с окурком также проходит успешно, тебя никто не видел. Кажется. Разве что может немного дернулась занавеска в окне соседского дома.

  25. — Какая бы чертовщина не была с этим ожогом, все же нужно позвонить Жене, ведь моего ответа ждут уже вечером, а поэтому обсудить его надо прямо сейчас — возвращаясь в дом, подумала я. Телефон так и остался лежать на балконе, и придя за ним, я осталась сидеть в кресле среди любимых вечнозелёных растений. 
    В трубке слышатся длинные гудки, осталось только дождаться ответа на том конце.    

  26. Тебе уже кажется, что она так и не снимет трубку, когда наконец в динамике раздается шорох и ты слышишь голос подруги:

    — Привет! Ты не поверишь, я буквально только что думала о тебе, — смеется она.

    Женя работает страховым агентом — не слишком увлеченно и не слишком прибыльно — и сейчас торчит на работе. Вероятно, чтобы поговорить с тобой, она вышла покурить.

    — Мне снилось, что ты пела под гигантской каменной статуей совы перед огромной толпой голых мужиков. Похоже, нужно смотреть меньше Нетфликса перед сном, — она смеется.

  27. — Ахахаха, Женя, ну ты как всегда, я даже не удивлена такое приснилось именно тебе. Вот только, конечно,  не дай Господь такому сну в реальности исполниться, меня же заклюют, — со смехом отвечаю я, — и да, ты можешь говорить? Есть важный разговор.  

  28. — Да, конечно, дорогая, для тебя у меня всегда найдется минута. Что у тебя случилось? — тон Жени сразу становится обеспокоенным. 

  29. — Оу, большое спасибо. Дело вот в чём, может помнишь как в клубе к нам подходил мужчина, такой, с ретро-усиками, еще сказал, что импресарио и предложил карьеру, а мы только посмеялись. Так вот, сегодня он мне позвонил на городской телефон и начал активно зазывать к нему под крыло, мол, я могу выступать с концертами по Америке и даже за её пределами, заработать денег с выступлений. И чтобы не сразу отвечать, я пообещала позвонить вечером и сказать своё решение. А говорил он, ты бы только слышала, сразу было понятно — профессионал. Честно, он уже смог меня уговорить, но я хочу услышать твоё мнение насчёт всего этого, дорогая. — голос немного дрогнул и я замолчала. 

  30. Поначалу в трубке не слышно ничего, и ты начинаешь опасаться, что связь прервалась. Ты уже набираешь в грудь побольше воздуха, чтобы спросить "Алло?", как там все-таки раздается голос Жени:

    — Э-э-э… Я Так понимаю, он зовет не дуэт, а только тебя, да?- по её голосу пока сложно понять, что она чувствует на этот счет.

  31. — Я скажу честно, и мне правда жаль это говорить, но да, меня одну. И тут дело в каком-то мифическом спонсоре, который просил найти просто певицу. Извини, пожалуйста, если мои слова звучат как жалкие оправдания. — сердце внутри сжалось от чувства вины и голос опять предательски дрогнул. — Просто тут и не дело в желании славы и популярности, нет, ты ведь знаешь, что это не про меня. Я бы просто хотела заработать денег. И концерты — это единственный способ быть финансово независимой от Верна. Имея их, свои деньги, я смогла бы съездить к Томасу, или хотя бы разыскать его, там, в Европе…

  32. — Да-да, я понимаю, я… Черт! Ты не подумай, что я в обиде, что я не в деле… — она издает смешок, по которому понятно, что с чувством обиды тут пришлось бы бороться каждому. 

    — Я даже скорее расстроена. Если ты решишь уехать, то… Что я буду делать без тебя? Ведь я… А, да черт, наплюй, — она снова смеется, смех этот грустный.

    — На самом деле тут важно другое. Ты уверена с этом человеке? Я имею в виду… Ну знаешь, какой-то непонятный тип сулит тебе славу, деньги, или что он там обещал… Ты ведь совсем его не знаешь — мало ли в какое дерьмо он пытается тебя втянуть. Всё это как-то подозрительно и … Да такое только в кино бывает. Может, он какой-нибудь чертов маньяк или наркоторговец? Да, ведь и в самом деле — кто просто так с бухты-барахты может предлагать большие деньги? Тебе он не показался — ну не знаю — извращенцем?..

  33. — Моя ты дорогая, мне правда жаль, что придется нам видеться немного реже, но обещаю, что любую свободную минутку буду тебе писать, звонить по скайпу, хэй, для чего же его придумало человечество, – стараясь придать голосу бодрости, я хочу успокоить себя и Женю. – Да и думаю, что не буду пропадать надолго, в конце концов, это просто выездные концерты, а не работа на года два в какой-нибудь Австралии.  
    — И извращенцем его вряд ли можно назвать, скорее дельцом. Сначала я тоже отнеслась к нему с недоверием, ведь ты меня знаешь, а потом мы начали обговаривать предложение чисто с деловой точки зрения. Спросила у него про гарантии, и они правда хороши. Я смогу чувствовать себя в безопасности, да и вам не нужно будет волноваться за меня. Мы решили, что выбирать отели и транспорт буду я самостоятельно, а его задача только давать координаты места, где будет концерт, организовывать репертуар и реквизит. И наши встречи будут проходить на нейтральной территории, так исчезнет возможность попадания в притон.  

  34. — Потребуй у него задаток, пусть заплатит вперед. Выйдет неприятно, если ты поедешь и заселишься куда-то и зря потратишь собственные деньги… Черт, я за тебя переживаю. А он не сказал, где будет первый концерт? Может… Может, мне отпроситься на пару дней с работы и проводить тебя? Ну, просто как команда поддержки, у меня есть деньги, думаю небольшой уикенд в другом штате я могу себе позволить… Так мне будет спокойнее за тебя, Аделина.

  35. — Он пообещал, что передаст курьером карточку с 10 тысячами, которые как раз пойдут на транспорт и гостиницы. И я пока что не знаю, где первый концерт, думаю, когда я сегодня ему позвоню, то мы уже конкретно всё обговорим. Спасибо, моя хорошая, что хочешь проводить меня. Надеюсь, у тебя не будет никаких проблем на работе из-за этого. Если честно, то я буду очень рада, если ты будешь рядом, ведь первый раз так ехать мне и самой как-то волнительно. О, да и когда мы вместе с тобой последний раз куда-то ездили, чтобы просто так, вдвоём гулять и наслаждаться жизнью, — я невероятно растроганная заботой и предложением Жени, почувствовала, как на сердце стало значительно легче.

  36. — 10 тысяч задаток? Черт возьми, парень не мелочится. Тогда я понимаю, чем тебя это предложение зацепило, — Женя смеется, кажется, она чувствует облегчение от того, что ты согласилась. — Это будет прекрасно. Поедем с тобой, как Тельма и Луиза — никаких мужиков. Знаешь что?  К черту общественный транспорт, я подвезу тебя на тачке, если там нужен перегон через штат. Ох, вот теперь я уже сама буду ждать этого с нетерпением!

  37. — Ахахаха, ну ты нас и сравнила, надеюсь, нам не придётся прыгать в Большой Каньон в самом финале. И Господь, какая же ты у меня авантюристка! Но спасибо, Жень, с тобой одной в машине ехать всегда удовольствие, да с такой подругой не страшны любые города Штатов, — её энтузиазм передался мне и теперь уже и я ждала, когда мы будем ехать по дорогам нашей страны, навстречу новому опыту. 
    — Эх, подруга, вот только сейчас я вспомнила, что Верн еще не знает про наши грандиозные планы…

  38. — Верн? А что Верн? — тут же мрачнеет Женя, только что смеявшаяся вместе с тобой.- Я хочу сказать, что… Знаешь, если он нормальный человек, то отреагирует на это, как на шанс для тебя. А если он скажет нет, то он просто шовинистская пассивно-агрессивная свинья, которая думает, будто ваше венчание означает, что он тебя купил. 

    Женя не любит Верна, старается скрывать это, но неё плохо получается. Она не понимает, почему люди до сих пор в 21-м веке живут таким патриархальным укладом, как у вас в общине.

  39. — Он же и не знает, что мы с тобой выступаем, представь. Вот будет сюрприз Верну в обычный скучный вечер буднего дня. Я объясню ему всё также, как говорила это тебе. Конечно, он человек не самых прогрессивных взглядов, но всё-таки наши отношения держатся на уважении, поэтому он должен меня понять… Да и заручившись твоей поддержкой, мне уже не страшно услышать его мнение… Еще раз спасибо, что ты не осудила меня, дорогая.

  40. — Ну скажешь тоже! Чтоб я тебя осудила! Подруги мы или нет? Ладно, мне пора бежать, а то босс приехал, надо быть на рабочем месте. Держи меня в курсе, и удачи с Верном.

    Она кладет трубку, оставляя тебя одну в тишине дома.

    В обычный день в такой время ты бы уже занималась уборкой, покупками в магазине или какими-нибудь делами в саду. Но сегодня у тебя всё по-другому.

  41. Поговорив с Женей, я кладу телефон на подлокотник и машинально начинаю осматривать растения, выискивая взглядом сухие листики и прочие изъяны, которые нарушают эстетическую идиллию. Просидев в кресле минут 20-ть, полностью занятая мыслями о подкормке и пересадке в больший горшок фикуса в углу балкона, я постепенно возвращаюсь в "сознание". 
    Как же всё-таки много всего было для одного дня. Кажется, что миссис Девенпорт с красной банкой крысиного яда были будто в другой жизни и вообще не со мной.
    Незаметно для меня, волнение от предстоящего разговора с Верном куда-то ушло, тревожные мысли уже не штурмовали голову и сердце. Я спокойно села в гостиной и просто включила телевизор. Цветные картинки и сотни чужих лиц еще никогда так не увлекали меня. Правда, я только смотрела, совершенно не вникая, что кто эти люди и что происходит с ними. Даже не могу сказать, что это за канал…

  42. Из транса, в который ты погружена из-за переживаний и мельтешения телевизионных персонажей, тебя вырывает телефонный звонок. Кажется, мобильник звонит уже давно — ты просто не слышишь.

    Ты смотришь на экран, и видишь, что вызов — от твоего мужа.

  43. Сначала я даже не поверила своим глазам, ведь Верн обычно не звонит мне просто так в своё рабочее время. В голове мелькнула пугающая мысль, что он уже всё знает, но я старательно её отогнала и подняла трубку. 
    — Привет, милый. Что такое? Прости, не сразу услышала телефон, — мой голос прозвучал тихо, но уверенно. 

  44. — Привет, как твое утро? — спрашивает Верн, интонации у него как всегда сдержанные и спокойные. — Дорогая, хочу предупредить тебя, что сегодня Спаркс поужинает с нами. Не могла бы ты приготовить на вечер несколько хорошо прожаренных стейков?

    Тем более удивительно, что столь спокойный и сдержанный человек приятельствует с такой свиньёй, как Спаркс. 

  45. — Занимаюсь тут разными домашними делами, яд вот для крыс взяла у миссис Девенпорт. И да, хорошо, я приготовлю стол к вашему приходу. Спасибо, что предупредил…
    — Верн, слушай, не хочу показаться грубой, но чего он придёт к нам? А то может праздник какой сегодня или у тебя появился новый хороший приятель, которого хочется пригласить домой, а я про это не знаю, — голос прозвучал нарочито спокойно, чтобы не выдать моё раздражение.
    Мда, уж точно я не рада тому, что этот Спаркс придёт. Да ещё сегодня, когда мне как никогда нужно провести вечер с Верном, поговорить про мою новую работу без лишних ушей. А тут такой сюрприз в виде одного из самых мёрзких мужчин, которых мне доводилось встречать. Господь, ну почему всё так совпало…

  46. — Миссис Девенпорт угостила тебя порцией свежих сплетен? Рассказывала о чем-то особенном? — интересуется он снисходительно.

    На твой вопрос он отвечает с промедлением:

    — Разве нужен повод для того, чтобы провести вечер с другом? В воскресенье я поеду с ним на рыбалку. Тебе бы тоже стоило завести подругу для чаепитий, как остальные женщины на улице.

  47. — Об миссис Девенпорт ходит гораздо меньше сплетней, чем о твоём "дорогом друге", уж поверь, — ответила я, уже не скрывая раздражения в голосе.
    Мало того, что он звонит и ставит перед фактом, что сегодня вечером мне придётся быть вежливой хозяйкой, которая рада гостю, приглашенному без моего предварительного согласия, так еще этот снисходительный тон и совершенно ненужный совет. Видите ли, подругу для чаепитий. Никогда он еще не позволял себе так со мной разговаривать. Где же тот вежливый и сдержанный мой муж. 
    И еще эта рыбалка в воскресенье. Опять же, перед фактом ставит, вместо привычного нашего совместного планирования выходных. Понятно, что если бы Верн сказал, что его пригласил Спаркс на рыбалку, или что он просто хочет отдохнуть на озере с удочкой в его компании, то пожалуйста, я никогда не запрещала мужу общаться и проводить время с другими людьми. Но тут мы имеем другое. 

  48. Верн замечает твое раздражение и по-прежнему спокойно спрашивает:

    — Дорогая? Тебе неприятно общество Спаркса? Или у тебя что-то случилось, и ты не в духе?

    И тут же переспрашивает — немного напряженно:
    — Какие же сплетни ходят о нём?

  49. — Да, дорогой, мне не очень приятно общество Спаркса. Я тебе не рассказывала раньше, ведь думала, что он к нам тогда заглянул один раз, и всё. Но теперь скажу. Спаркс когда зашел, то не разувался и не вынимал сигарету из зубов, что для меня, как хозяйки дома, являлось неуважением с его стороны. Также он демонстративно натягивал свои штаны в области паха и при этом, провожал меня недвусмысленными взглядами, что для меня, уже как женщины и твоей жены, являлось крайне неприятным, — я выдохнула и решила спокойно и без нервов объяснить ему ситуацию, для того, чтобы Верн понял, почему я так раздраженно отреагировала. 
    — А по поводу сплетен, тебе любой человек нашей общины скажет, почему Спаркс не нравится им, и причин этому будет точно больше одной. Не знаю, какой он в общении с тобой, но для меня он не самый хороший человек и начальник полиции, в том числе. 

     

  50. Выслушав твою тираду, Верн все так же бесстрастно говорит:

    — А вот Спаркс всегда отзывается о тебе исключительно хорошо и вежливо. Милая, то, что ты говоришь, это совсем не по-христиански, и тебе стоит меньше слушать болтовню миссис Девенпорт. Сплетни никого не красят. Поговорим об этом вечером после ужина. Спаркс будет ужинать с нами. Постарайся к тому времени успокоится. Меня огорчает, что сидение в четырех стенах так на тебя воздействует. До вечера.

    Он кладет трубку.

  51. Я еще долго слушала гудки в трубке и не могла поверить, что Верн совсем не придал значения моим словам, а еще пожурил, что якобы собираю сплетни. Муж отлично напомнил, что я живу в его доме, в котором моя свобода заканчивается там, где начинаются его желания и планы. В груди больно кольнуло от обиды, а вместе с ней пришло ощущение какой-то беспомощности, такой уже знакомой мне с юности. 
    Ужин в компании Спаркса резко стал необратимым событием, которое мне просто нужно переждать. И чем спокойней и обыденней он пройдет, тем быстрей и менее мучительно для меня закончится этот уж очень длинный день. Смирение и безразличие заполнили всё внутри, привычная маска холодности сковала лицо, вот только навернувшиеся слёзы показывали мои настоящие, спрятанные внутри эмоции. 
    Я поднялась с кресла и пошла на кухню готовить злосчастный ужин. 

  52. На кухне тебя ждет сюрприз — не слишком приятный. Едва ты заходишь, как с полки, где стоит парочка горшком с растениями, спрыгивает здоровенная черная крыса. Наверняка погрызла тебе ещё какой-нибудь цветок. Она даже имеет наглость обернуться на тебя, прежде чем исчезнуть под шкафчиком, мелькнув голым розовым хвостом.

  53. "Боже!" — вздрогнув от испуга и замерев, я на какую-то секунду так и остаюсь стоять в дверном проёме, провожая взглядом черную крысу. И как только розовый хвост прячется под шкафчик, я подхожу к цветам и оцениваю масштаб причинённого вреда. Намочив кухонную салфетку, быстро собираю рассыпанную с горшка землю и вспоминаю, что не просто так ходила к миссис Девенпорт. У меня же теперь есть отрава для этих божих, но все же мерзких тварей. Надеюсь, яд поможет. 

  54. Приманка в виде подсохших корок сыра легко отыскивается в холодильнике — достаточно срезать из с большого куска, который был куплен для субботней лазаньи. Инструкция на банке с ядом гласит, что достаточно присыпать приманку порошком, и крысы, которые ею полакомятся, обречены. К тому же средство гарантирует, что трупики будут мумифицироваться, так что проблем с неприятными запахами у вас не будет.

    Осталось спустить в подвал — вотчину мужа, где приманку следует разложить в углах на листах бумаги.

  55. Прочитав, какое сильное средство мне досталось от миссис Девенпорт, я начала аккуратно отрезать сырные корки, которых было совсем не жалко для такого дела. Их получилась довольно много.
    Я сбросила в глубокую миску домашние приманки для крыс, взяла не нужные чеки из коробочки, которая стоит возле домашнего телефона, и с банкой под мышкой пошла к двери, ведущей в подвал. 
    Я не очень люблю ходить в подвал, хоть там всё чисто и сделан косметический ремонт. Всё равно, всегда как-то немного жутко, когда спускаюсь навстречу темноте, которую могу разогнать только в конце лестницы — слева на стене выключатель. 

  56. Темнота подвала пахнет машинным маслом и совсем немного сыростью. Верн все собирался этим летом переделать вентиляцию, но пока руки не дошли. Пока ты спускаешься, твое подсознание наполняет темноту несуществующими шорохами и движениями. 

    Но ты включаешь свет, и моргающий свет люминесцентной лампы немного разгоняет пугающий мрак. Лампа освещает довольно просторное и чистое помещение, с хорошо отделанными стенами и обновленным полом. Без автомобиля, на котором Верн уехал на работу, тут пустовато. Вдоль стен стоят металлические шкафы и полки с коробками, ящиками и контейнерами. У Верна во всем царит порядок — каждая вещица и каждый инструмент на своем месте. Он не разрешает тебе тут прибираться, предпочитает делать это сам — потому что опасается, что ты передвинешь что-то на другое место, и он попросту не найдет что-то необходимое в нужный момент.

    Едва загорается свет, как с одной полки падает жестяная банка из-под кофе. По полу с грохотом раскатывается куча гвоздей. Ты снова успеваешь заметить на полке мелькнувший розовый хвост.

  57. — Да что же это такое! — уже раздраженно восклицаю я, — эти крысы совсем обнаглели. Сначала крупы, потом мои вазоны, а тут еще и инструменты Верна, и бегают среди бело дня совершенно не боясь. А я ведь не успела даже увидеть, откуда упала банка. Теперь же придется поставить её наугад на одну из множества полок с другими коробками и ящиками. 
    Но чтобы продвинуться вперед, сначала нужно расчистить себе путь от рассыпавшихся гвоздей. Положив возле себя старые чеки, миску с корками и банку с отравой, я присела и начала собрать все гвозди назад. Боясь уколоться, по одному и очень аккуратно я стала кидать их в банку. Мерный стук метала об метал завораживал своей ритмичностью.
    Спустя некоторое время, внимательно собрав все гвозди, я потянулась поставить банку на пустое, как мне показалось, место на одной из полок. 

  58. Как только ты суешь в банку первую горсть, видишь на её дне, среди оставшихся гвоздей, нечто странное. В ней лежат, не выпавшие благодаря застрявшим гвоздям маленькая пластиковая машинка, на крыше которой маркером выведена буква "Т", проволока от брекетов, поцарапанный значок с надписью "Чемпион", детские наручные часы и грязный теннисный мячик. Под всем этим обнаруживается ещё и флешка в виде суши. У Верна нет племянников, и то, что эти вещи лежат у него в гараже, довольно странно.

  59. — Хмммм, странно, — преодолевая желание взять в руки и покрутить найденные предметы, я встряхиваю банку, рассматривая неожиданные находки под разным углом. Какая-то часть сознания понимает, что лучше не касаться ничего, ведь это явно чужие вещи и мало ли каким путём они попали в подвал нашего дома.
    В очередной раз встряхнув банку, да так, что игрушечная машинка оказывается наверху, мне отчетливо бросается в глаза буква "Т" на её крыше. С каждой секундой всё ближе подходит осознание, кому принадлежит, а вернее, принадлежала всё это. В голове отрывочными флэшбэками звучит голос миссис Девенпорт: "Похороны маленького Тедди МакКини… насильничать детей… я слышала, его не могут поймать, потому что следов он не оставляет…". Пробежавший холодок по спине заставляет меня вздрогнуть.
    — О Боже, что же это делается, и что делать мне?! — в панике я ставлю на полку банку и начинаю ходить взад-вперед как загнанный зверь. — Неужели Верн жуткий маньяк, я не могу поверить. Да и как мне теперь спокойно встретить его вечером, а потом сидеть за одним столом?!  Звонить в полицию бесполезно, мерзавец Спаркс прикроет его. Бежать к соседям тоже бесполезно, они вряд ли поверят, что мой муж, такой благонадежный и вежливый человек, мог убить Тедди. В голову приходит странная идея, сбегать за телефоном, чтобы сфотографировать банку и её содержимое. Так у меня будет подтверждение, что я не вру и не наговариваю. 

  60. Увы, стены дома не дают тебе ответов на твои вопросы, и что делать со своей находкой — решать только тебе. 

    Когда ты поднимаешься за телефоном, слышишь, что в дверь звонят. Кто-то пришел.

  61. — Кто же мог прийти так не вовремя, я никого не жду! — на секунду проскакивает мысль совсем не открывать и притвориться, что меня просто нет дома. Но голос разума говорит, что лучше открыть двери звонящему, ведь кто бы это не был, ему что-то понадобилось от меня и это проще дать сразу. Я иду в прихожую и на минутку задерживаюсь возле зеркала над комодом. Свой испуганный взгляд и общую взволнованность стараюсь скрыть под приветливой маской. Не сразу она у меня получается, уголок правого глаза предательски подрагивает.
    Звонок в дверь не смолкает и мне приходится смириться с выражением лица, которое у меня получилось. Я поправляю волосы и решительно иду к двери.  

  62. За дверью тебя ждет паренек в синей кепке и униформе, он весь покрыт прыщами и отчаянно жует жвачку. Оглядев тебя с головы до ног, он протягивает тебе плоский бумажный пакет с логотипом FED-EX. 

    — Вам посылка, мэм. Распишитесь? — передав тебе пакет, он сует тебе в руки папку с заверением о принятии посылки — на белом листе стоит галочка там, где нужно поставить подпись.

  63. Фух, это всего лишь доставка посылок. 
    — Да, конечно, — особо не разглядывая, я сую пакет под мышку и ставлю подпись на бланке, перекрывая галочку. Отдав пареньку папку с заверением назад, спешно прощаюсь и с огромным облегчением закрываю дверь.  

  64. Паренек подмигивает тебе на прощание. Когда за ним закрывается дверь, ты снова остаешься одна. 

    В пакете прощупывается что-то твердое и маленькое. На нем написано, что посылка предназначена тебе — Аделине Элмерз.

  65. Пакет оказывается совершенно лёгким, а предмет в нём достаточно плоским и ровным. Дойдя до гостиной, я сажусь в кресло и смело разрываю упаковку посылки. После сегодняшних находок в подвале, вряд ли я удивлюсь содержимому пакета.  

  66. Когда ты его вскрываешь, тебе на колени падает пластиковая банковская карточка, принт на которой выполнен в виде плитки шоколада — если поднести её к носу, эта карточка и пахнет шоколадом.

    Кроме карточки оттуда вылетает и открытка, на которой изображено красивое заброшенное поместье, овитое багровым плющом и стоящее посреди осеннего леса — листья на деревьях сплошь красные и коричневые.

    На открытке написано:

    "Это гарантия моей добросовестности. Здесь 10 тысяч долларов. ПИН-код: 6666. М-р Зебув."

  67. Увидев карточку и понюхав её, я невольно издала нервный смешок: "Ха, вот так тебе и сладкий подарочек". Еще больше позабавил ПИН-код. Конечно, когда я сначала прочитала его, первая ассоциация не имела никакой радостной окраски. Всё таки в детстве я внимательно изучала Библию, чтобы понять потом для себя, что такое число зверя и почему его лучше избегать. Рациональная же часть мозга просто твердила, что так просто совпали цифры и это даже можно назвать большой удачей — получить такой лёгкий для запоминания код. В конце концов, цифр не три, а четыре.
    Да и приятно, что вот только сегодня утром мы поговорили с мистером Зебув про наше сотрудничество, а всего-то через несколько часов я держу конкретное подтверждение его добросовестности. С таким серьёзным человеком хочется иметь дело. И судя по изображению на открытке, скорее всего, его стиль и вкус мне будут импонировать. 

  68. Радость от счастливого и денежного послания быстро омрачается воспоминанием о том, что у вас в подвале — настоящая катастрофа, в виде разбросанных по полу гвоздей и свидетельств того, что Верн совершенно точно нечестен с тобой.

    предстоит решить, что делать со своей находкой: закрыть глаза и сделать вид, что ничего не было, разобраться во всем до конца — и к примеру проверить, что на той флешке (возможно её содержимое послужит гораздо лучшим доказательством, чем любые фото), или просто нести это все к соседкам или в полицию прямо сейчас.

  69. Перед тем, как вновь спуститься в подвал, я спрятала карточку и открытку в потайной кармашек в рюкзаке. А пакет с логотипом FED-EX затолкала на дно мусорного ведра. Только так я могу быть надеяться, что Верн не узнает про неожиданно взявшиеся у меня деньги, а значит и не задаст лишних вопросов, на которые я уже совсем не хочу отвечать. Ведь он возможно замешан в поистине ужасных преступлениях, а значит, я не могу больше чувствовать себя в безопасности, когда он рядом.
    Решив, что любой ценой нужно скрыть факт того, что я увидела вещи бедного Тедди, захватив телефон, направилась в подвал. Когда же я сделала снимки всех предметов и самой банки, сразу оправив себе их в iCloud, я немного выдохнула. Окончательно успокоиться мне не давала флешка. Аккуратно покрутив её в руках, я решила рискнуть и посмотреть, что на ней есть. Если знать правду, то уже всю.    

      

  70. Ты покидаешь подвал со зловещей флешкой в руке и, когда садишься за свой ноутбук, с удивлением видишь, что уже 16:03. Твои разборки с крысами, телефонные разговоры и транс у телевизора заняли немало времени. Если ты собираешься сегодня делать вид, что ничего не произошло, пора приниматься на ужин — Верн и его мерзкий приятель будут здесь после шести.

    Экран просыпается после спящего режима, открывая твой рабочий стол. Когда ты заходишь на флешку, видишь, что на ней 11 видеофайлов и каждый из них помечен одной заглавной буквой — или двумя, если буква повторяется. Последний файл "Т." датируется вторым сентября.

  71. Понимая, что времени остаётся совсем немного и ужин сам себя не приготовит, я быстро пробегаю глазами по видеофайлам. Поскольку найденные в гараже вещи принадлежали Тедди, то я решаю буквально пару минут посмотреть видео, подписанное буквой "Т", чтобы подтвердить или опровергнуть свои догадки. Оставшиеся 10 файлов я просто скидываю себе на компьютер, чтобы глянуть позже, ведь нужно еще успеть вернуть флешку на место и сделать так, чтобы ничто не выдавала моего присутствия в подвале. 

  72. Ролик длится чуть меньше пяти минут, и у тебя по-настоящему железные нервы, если тебе удается досмотреть его до конца. Съемка не очень качественная — явно производилась на камеру мобильного телефона при плохом освещении. На ней запечатлен маленький мальчик лет шести, одетый в одну только порванную футболку, руки у него связаны и заведены вверх. Он лежит и отчаянно плачет на грязном матрасе в каком-то подвале и просит отпустить его и больше не делать ему больно. Он обещает ничего не говорить маме и другим взрослым. Камера снимает крупным планом то его лицо, то другие части тела.

  73. Моё сердце сжимается от жалости к бедному мальчику, и буквально на 15 секунде я нажимаю красный крестик программы просмотра. Руки и голова безвольно опускаются вниз. Видео уже нет на экране, а в ушах продолжает слышаться отчаянный детский плач, от которого мне самой становится больно. Я хотела узнать правду — получила. Вот только что теперь делать с этими ужасным знанием. Молчать я вряд ли смогу. Мерзавец мучивший ребёнка точно должен быть наказан! Осталось только придумать, как сделать, чтобы он не смог убежать от ответственности….
    Я сжимаю в кулак то одно руку, то вторую, чтобы хоть так дать себе задачу собраться, ведь на часах уже 16:05. Системное уведомление пишет, что остальные видео с накопителя уже в моей папке на диске. Значит время возвращать флешку с жуткими файлами назад в банку. 

  74. Прежде чем ты отключаешь видео, тебе кажется, что ты слышишь на заднем фоне мужской голос, говорящий оператору "Ну, ты долго еще там?". Уверенности у тебя нет, но голос очень напоминает Спаркса.

    Ты спускаешься в подвал и собираешь оставшиеся гвозди в банку. Как только ты подходишь к полке, тебя окатывает ледяное и страшное осознание, что ты понятия не имеешь, с какой именно полки она упала. Кажется, она стояла на второй сверху полке. Или на третьей. Вроде бы чуть ближе к правой стойке… Чем больше ты об этом думаешь, тем больше у тебя версий и вариантов.

    Казалось бы такая мелочь, но ты знаешьшеь своего мужа — уже не первый год замужем. На работе его ценят именно за точность, четкость и педантичность. Скорее всего он отлично помнит, где именно она стояла — вплоть до миллиметра. А уж тем более помнит, если знает, КАКИЕ секреты хранятся в этой банке.

  75. Я стараюсь не поддаваться панике, но будто ледяная рука сжимает сердце. В отчаяньи говорю себе вслух: "Так, соберись, Аделина, и думай!". Нервно встряхнув волосами пробую сконцентрироваться. 
    Еще раз осматривая все полки, я пытаюсь увидеть более или менее свободное место, куда могла бы поместиться банка из-под кофе. О нет, таких мест полно!
    Боже, боже, что же делать. Голову озаряет новая идея: найти среди пыли на полке один чистый кружок, он явно должен был остаться от банки. Я внимательно осматриваю все полки, но меня ждет большое разочарование — они все чистые. Верн регулярно протирает их.
    Хоть в душе поднимается злость, вызванная страхом, но за то приходит решение. Ну хорошо, раз я не могу поставить правильно, чтобы Верн потом не заметил, значит нужно сделать себе алиби, почему банка не на своём месте. Я беру один с чеков, кусочек сыра и щедро присыпаю крысиным ядом, положив уже не только смертельную приманку для крыс, но и надежду на своё спасение, рядом со злощасной жестяной банкой. Для достоверности, нужно разложить яд еще в нескольких углах подвала. 

  76. Хитрость и впрямь хороша, вполне может и получиться — тут главное тебе самой себя не выдать. Если Верн заметит, что ты волнуешься, может что-то и заподозрить. 

    Чеки  с приманкой и ядом успешно разложены — белеют в полумраке то тут, то там, у крыс просто нет шансов. Когда ты выключаешь свет и поднимаешься наверх — на часах уже двадцать минут пятого.

  77. Пора мне уже браться за готовку, ведь времени осталось в обрез, к шести должен быть засервирован стол. Нужно сделать хороший и вкусный ужин, чтобы Верн не имел ко мне никаких претензий. После того, что я увидела в подвале, страшно даже подумать, каким ужасом может обернуться для меня слишком явное пренебрежение просьбами мужа. Теперь я должна быть с ним поаккуратней.  
    Я возвращаюсь на кухню и приступаю к готовке. По-моему, он просил хорошо прожаренные стейки. Ну что же, будут. Подходящая говядина обычно всегда есть в нашем холодильнике. На гарнир нужно запечь картошку и сделать сырный острый соус. Такой вариант подачи стейка наиболее любимый у Верна. 

  78. Готовка тебя успокаивает, уже очень скоро по кухне твоей разлетаются ароматные и пробуждающие аппетит запахи: специи, картошка, жарящееся мясо. Все настолько привычно, что временами тебе кажется, что ничего не произошло. Будто ты это придумала, увидела отрывок из какого-то ужасного фильма, это какая-то ошибка, может, кто-то это вам подбросил, например, тот же Спаркс… Но твое сознание непрестанно напоминает тебе, что это было, было, ты все видела своими глазами, трогала эту машинку, и ты в опасности.

    Ты сама за весь день не взяла в рот ни крошки, но из-за всех этих мыслей тебе и не хочется ничего есть. Тебя будто подташнивает от самой мысли о еде.

    Стрелка неумолимо движется в шести. Скоро эти двое будут здесь. Где ты накроешь для них стол — на кухне, как для себя и Верна или в гостиной?

  79. Прогоняю по кругу опять-опять ужасное знание, такое невозможно просто отпустить. Да и накатывающий волнами страх за свою жизнь не даёт быть спокойной. Что-то внутри подсказывает, от предстоящего ужина можно ожидать чего угодно. Хоть время бежит быстро, каждой секундой приближая вечер в не самой приятной кампании, свои движения я вижу будто в замедлении, кадрами. Раз, я наклоняюсь проверить мясо. Два, я уже в гостиной расстилаю скатерть на стол. Три, стол заполняется приборами на три персоны. 

  80. Четыре, ты сидишь, застывшая, в ожидании приезда мужчин, о которых знаешь, что они чудовища, а ты приготовила им ужин. Банка с крысиным ядом на столе, в опасной близости к местам, где ты готовила еду. Она гипнотизирует тебя и притягивает взгляд, пока ты сидишь, постоянно поглядывая на часы. От нервов тебе хочется выкурить лишнюю сигарету.

    Наконец, ты слышишь звук шин, катящихся по подъездной дорожке. Хлопанье дверцы машины. Раскатистый смех Спаркса. Спокойный голос Верна. Они приехали.

  81. А вот и момент "икс". На секунду от смеха Спаркса у меня пробегают мурашки, после увиденного, мне слышатся в нём зловещие нотки. Я делаю глубокий вдох, на выдохе натягиваю вежливую улыбку. Помни, Аделина, ты ничего не знаешь, событий сегодняшнего дня как будто не было, держи свои эмоции в себе. 
    Обреченно поднимаюсь со стула и иду в прихожую, чтобы встретить их. Муж любит, когда я встречаю гостей лично, приглашая потом к столу. 

  82. В стекле дверей на фоне синего сумеречного неба появляется крупный силуэт полицейского, миг — и он заслоняет собой весь проем.

    -… ты представляешь? Эта шлюха так и сказала! Ну я ей конечно показал её место… — громогласно сообщает он, вваливаясь в вашу прихожую без стука.

    Завидев тебя, он запинается, и на его широком, красном лице тут же расцветает улыбочка. Он проводит пятерней про своему короткому, почти отсутствующему, ежику волос, приосанивается и говорит тебе:

    — Добрый вечер, миссис Элмерз, — голос его уже бархатистый и мягкий, он явно пытается тебе понравится. — Вы как всегда чертовски хороши. Просто как цветочек. Руку бы отдал на отсечение, чтобы хоть раз увидеть вас в юбке покороче, — он гогочет, видимо, полагая, что это была остроумная шутка. — Да только в вашей общине на это и надеяться нечего!

  83. Услышав только маленький кусочек от рассказа Спаркса, я еще раз удивляюсь, как Верн может спокойно слушать его байки. Это же просто мерзко! И наверно, самое ужасное, что это не просто выдумки и хвастовство, а он и вправду позволяет себе очень много по отношению к другим людям.     
    Ох, эта лживая и наглая улыбка, эти жалкие и очевидные попытки понравиться. Сейчас я как никогда жалею, что Господь создал меня привлекательной для мужчин. Ладно, нужно просто потерпеть и слова его воспринимать как пустой звук   
    — Добрый вечер, мистер Спаркс, спасибо за сомнительной, но всё же комплимент, — моя интонация не выражает ничего, голос пустой. Надеюсь, хоть так он поймёт, что я не собираюсь с ним любезничать и отвечать на глупые шутки или фразы в мою сторону. 

  84. — Да всегда пожалуйста, всегда пожалуйста, — скалится Спаркс, очевидно получая удовольствие от любых твоих ответов. 

    Верн тоже заходит в дом и посылает тебе задумчивую тихую улыбку с порога. Разувшись, и подав тем самым пример дружку, он закрывает двери и подходит к тебе.

    — Пахнет замечательно, — говорит он тебе, берет тебя за плечи, наклоняется и целует в щеку.

  85. — Рада, что тебе нравится, я старалась приготовить вкусный ужин, милый, — после его поцелуя, стараюсь искренне улыбнуться и с теплотой посмотреть в его глаза, как обычно это бывает. На какое-то мгновение я даже забываю, что возможно лежащие на моих плечах руки мужа забирали жизни невинных людей.
    Сделав шаг назад, в сторону гостиной, делаю рукой приглашающий жест. При этом, взгляд так и оставила на Верне. На Спаркса лишний раз смотреть не хотелось. 
    Не дождавшись их ответа, я первой прошла к столу, сев на своё обычное место — спиной к выходу.  На столе уже дымились приготовленные стейки с гарниром.  

     

  86. Ты смотришь в глаза мужа, но встречной теплоты  в них не видишь, не смотря на поцелуй и доброжелательный тон. Это безжизненные глаза, которые не улыбаются, даже когда рот смеется. Если они всегда были такими, ты замечаешь это только сейчас. 

    Мужчины идут за тобой к столу, Спаркс при этом характерным жестом поправляет брюки и смеется:

    — Будь я женат на миссис Элмерз, хрен бы я уже пролазил в дверь — готовите вы, Аделина, что надо. Выглядит так, что я готов съесть всё с тарелкой.

    — Надо, чтобы ты обязательно попробовал ее пироги, в этом она даст фору многим здешним домохозяйкам, — со сдержанной улыбкой отвечает Верн.

    Они садятся: Верн стелет себе салфетку на колени, Спаркс картинно хлопает руками, рассматривая свою порцию.

    — Эх, вина бы к такой красоте!  — мечтательно говорит он, Верн пожимает плечами — в вашей общине не принято пить.

    Ты садишься напротив Спаркса, невольно вспоминая, как вы с Верном за столом представляли, как на этом месте будет сидеть ваш сын или дочка. Возможно Господь миловал тебя, что не послал детей в эту семью.

  87. Вежливо улыбнувшись на фразы мужчин, я делаю вид, что все происходящее не относится ко мне ни капли. Все же, это гость Верна, вот пусть его и развлекает.

    При мысли о ребёнке невольно пришло ощущение одиночества. Я вынужденно сижу здесь далеко не одна: с мужем или упаси Господь Спарксом можно поговорить, обменяться мыслями, но мы никогда не станем близкими людьми, кто-то из них чудовище, а второй покрывает совершенное зло. От таких мыслей на грудь будто падает камень, дышать становится тяжелее. Я не должна быть тут!

    Чтобы никто из них не прочитал в глазах мои мысли, взгляд опускаю на тарелку, рассматривая стейк. Накопленный эмоции за день берут верх и я решаю, что нужно срочно хотя бы написать Жене, мне нужна поддержка. 

    — Дорогой, и наш гость, прошу простить, оставлю вас буквально на минуту, хочу доставить на стол еще одно блюдо, — не ожидая их согласия, я подрываюсь и иду на кухню, параллельно вспоминая, что телефон лежит как-раз на столе возле посудомойки. 

  88. Ты действительно чувствуешь себя загнанно с этими двоими, и кусок не лезет тебе в горло. Пока Спаркс рассказывает о том, как он с бригадой "прижучил" парочку наркоманов на днях, ты чувствуешь, как все происходящее давит на тебя, и даже не замечаешь, что полицейский постоянно бросает на тебя взгляды, явно надеясь, что ты оценишь, какой он крутой. Верн слушает внимательно, он всегда вежлив с гостями — на в рассказах Спаркса ему явно нравятся моменты насилия. его глаза в эти мгновения оживают и начинают гореть. 

    Мужчины провожают тебя взглядами, и тебе удается беспрепятственно выскочить на кухню, где лежит твой телефон. Там ты как будто снова можешь глотнуть свежего воздуха.

  89. Будто в одно мгновение, словно телепортом перенесло, я обнаруживаю себя уже стоящей возле посудомойки. Голоса мужчин еще слышны: громкий и нахальный Спаркса, спокойный — Верна. Но только тут, на кухне, подальше от их глаз, я могу на время снять маску и сделать так, как считаю нужным. 

    Взяв в руку телефон и открыв мессенджер, вижу, что подруга недавно была онлайн. Совсем не думая, что пишу и как, я быстро набираю текст: 

    "Женя, представь, Верн приволок к нам на ужин Спаркса! И мне приходится сидеть и слушать его мерзкие истории, эх. Уже жду, когда закончится этот вечер, когда мы сможем уехать далеко отсюда. А пока, пожелай мне терпения, пожалуйста. Прости, что ною тебе, но сегодня как-то совсем тяжело переносить свою обычную жизнь". 

    Не перечитывая сообщение, нажимаю кнопку "отправить". В груди еще громко бьется сердце, но я довольна своим импульсивным действием. Пусть будет как будет. 

  90. Сообщение отправляется, будто унося с собой часть груза, которая лежит на твоем сердце. Как только ты опускаешь телефон, слышишь за своей спиной шаги. Обернувшись, ты видишь своего мужа, он открывает холодильник и, уловив на себе твой взгляд, говорит:

    — Горчица. Ты забыла поставить на стол горчицу, милая.

    Упрека в голосе нет, но ты все равно ощущаешь невидимый подтекст: в следующий раз не забудь это сделать.

    Закрыв холодильник, он обводит рассеянными глазами  кухню и спотыкается взглядом о банку с отравой, стоящую рядом с цветами.

    — Это ещё что? — спрашивает он с недоумением.

  91. Внутри невольно всё похолодело, когда я увидела Верна. Вроде и спокойный его внешний образ и голос не должны пугать, муж просто пришел на свою же кухню, чтобы взять горчицу. Но вот только я больше не могу внутренне расслабиться при его физическом присутствии рядом. 
    Выдавив через силу из себя растерянную улыбку, я что-то промямлила про забывчивость.
    Банка, конечно! Почему я забыла её спрятать, эх. Ладно, в ней нет ничего криминального, я просто травила крыс, обычное дело.  
    — А, это отрава для крыс. Представь, они погрызли корни у моих растений, а к этому я не могу быть равнодушна, ты ведь знаешь. Вот я и начала с ними химическую войну. 

  92. — Для крыс, — повторяет за тобой Верн и снова осматривает кухню гораздо более внимательно. 

    — А где ты её раздложила? Надеюсь не здесь, рядом с едой? — он останавливает на тебе испытующий взгляд, и ты чувствуешь себя провинившейся школьницей.

  93. Чувствуя, что каждое моё слово будет оценено Верном, я продолжаю разыгрывать безмятежность: 
    — Нет, конечно нет, что ты, милый. Я разложила его с приманкой в подвале, ведь наверное, они там и обитают. Поэтому не удивляйся, когда увидишь сырные корки. 

     

  94. — А, я понял. Мне стоило самому этим заняться, а не дожидаться, пока ты не вытерпишь… Прости, милая… — он разворачивается было, а потом как будто вспоминает что-то. — А. Значит ты ходила в подвал… Надеюсь ты ничего не переставляла? — он вновь смотрит на тебя  пристально, внимательно изучая твое лицо и, кажется, улавливая каждую мелочь в твоем облике.

  95. — Знаешь, да, переставила, но только одну банку с какими-то твоими гвоздями. Только не ругайся, пожалуйста, милый, я просто взяла её, чтобы прижать бумажку с приманкой для гадких крыс. Ведь только я спустилась и включила свет, на меня с полки как зыркнула крыса и сразу забежала куда-то туда вглубь.  
    Сердце вновь бешено стало биться в груди, стремясь выпрыгнуть. Но это только внутри, а внешне — я посмотрела мужу прямо в глаза и достаточно наивно рассказала о своём походе в подвал. Ложь намешанная с правдой должна меня спасти. 

  96. Верн смотрит на тебя долгим взглядом, а потом на лице его расцветает обычная тихая улыбка:

    — Я понял. Ты у меня умница, дорогая, — он уносит горчицу к столу, и ты остаешься на кухне одна.

    У тебя такое ощущение, будто ты сейчас стояла напротив агрессивно настроенной кобры, а теперь она уползла.

  97. Я невольно отворачиваюсь назад к посудомойке и, опустив голову вниз, долго и немо выдыхаю. Господь всемилостивый, кажется беда обошла стороной!
    От пережитого страха, в горле резко пересыхает и мне только и остаётся, что достать с холодильника бутылку с водой. Жадно осушив почти пол маленькой бутылки, я ставлю её назад. Ха, большой кусок сыра так ненавязчиво лежит с краю. Возьму его, он, почти полноценный герой сегодняшнего дня, хорошо подойдёт в качестве нарезки на стол. Я же на кухню именно за этим пошла. 

    Аккуратно сделав нарезку, беру тарелку и телефон с собой. Молчаливо вернувшись за стол, чтобы не перебивать разговор мужчин, сажусь назад на своё место. 

  98. Пока ты занимаешься нарезкой, твое сердцебиение приходит в норму. Привычные дела  позволяют быстро успокоиться и ввести себя в полутрансовое состояние, при котором ты все ещё можешь отрешиться от того, что узнала сегодня.

    Однако, когда ты идешь с тарелкой к столу, твое спокойствие снова дает трещину. Спаркс сидит за столом один и обильно поливает картофель горчицей, завидев тебя он снова широко улыбается:

    — А мы успели по вам соскучится, Аделина, — сообщает он тебе.

    У тебя нет никаких сомнений в том, куда пошел сейчас твой муж.

  99. Не особо расслышав слова Спаркса, я машинально киваю и сажусь за стол, но мягкая сидушка стула уже не кажется мне таковой. Рядом зияет пустотой место Верна. Боже, он сорвался проверять треклятую банку, даже не дождавшись конца ужина. Хоть я и пытаюсь себя убедить что нужно расслабиться, но внутри всё покалывает от напряжения, будто тысяча иголок вонзилась мне в кожу.
    Спокойно, Аделина, ты же ему уже сказала, что брала банку, и что в ней "какие-то гвозди", забудь, больше в ней ничего не было! Осталось самой поверить в это хотя бы на этот вечер, разыграть спектакль.
    Мысленно сделав глубокий вздох, я берусь за вилку с ножом и начинаю надрезать слегка остывшее мясо. 
    — Мистер Спаркс, пожалуйста, передайте мне горчицу. 

  100. — К вашим услугам, миссис Элмерз, — с мерзким смешком сообщает тебе полицейский и подмигавает, когда передает тебе желтую бутылку. Он намеренно касается твоей руки потными пальцами при этом.

    — Не знаете, чего Вернон так всполошился? — спрашивает он и улыбается тебе всеми 32-мя зубами, челюсть выглядит крепкой — такой, что может и орех перекусить. Тебе от этого зрелища невольно вспоминается кадр из видео, где ты видела на детском теле багровый укус-полумесяц.

  101. Полив уже мясо, я отставляю бутылочку с горчицей в сторону и непринужденно опускаю руки под стол, чтобы обтереть одну из них от прикосновения пальцев Спаркса. Какие бы возможные для меня проблемы не принёс с собою Верн, я уже всем сердцем жду его. 
    — Совершенно не знаю. Это он Вам должен был сказать, куда отлучается и почему, — мой ответ получился достаточно сухим и без малейшего намёка на ответную улыбку. 

  102. Твоя сухость и холодность не имеет на Спаркса никакого воздействия, он очевидно по-прежнему рад слушать от тебя любое слово.

    — А вы не хотели бы поехать с нами на рыбалку на выходных, м? — интересуется он, облизывая вилку. — Природа, романтика, еда на костре — это ведь интереснее, чем торчать дома.

  103. После находки в гараже, после ужасающих кадров из видео, я вообще буду молиться Господу, чтобы сегодняшний вечер оказался последним, когда мне приходиться быть в такой кампании. 
    Как же удачно мистер Зебув предложил работу. Я хоть буду иметь возможность сбежать от всего и решить, что делать с информацией, спрятанной на моём компьютере.   
    — Спасибо за такое любезное приглашение, но не буду разрушать ваш  чисто мужской тандем.

  104. — Да вы украсите его, Аделина. Ради такой леди кому угодно захочется принести улов побольше… — продолжает любезничать Спаркс и все же прерывается, когда слышит как хлопает дверца подвала.

    Твой слух, обостренный из-за взвинченного состояния, улавливает шаги мужа, а затем следуют два тихих, но отчетливых щелчка. Ты ощущаешь, как внутри тебя снова что-то сжимается. Верн запер входную дверь на ключ. Он никогда так не делает, пока вы не ложитесь спать. Тем более, он никогда бы не сделал так при госте.

    Он возвращается молча и садится на свое место. Ты чувствуешь его тяжелый взгляд, даже не глядя в его сторону.

    — Ну что? — весело спрашивает Спаркс. — Хоть одна сегодня сдохла?

    — … Может и сдохнет, — после паузы отвечает ему Верн. Обычно таких слов он при тебе не употребляет.

  105. Тяжелый взгляд мужа стирает мою последнюю надежду, что вечер будет проходить спокойно. Внутренне ощущение загнанности подскочило до предела, и чувство надвигающейся опасности заставляет лихорадочно искать способы спасения. В повисшей тишине я решаюсь на радикальный для меня шаг — заговорить первой, старательно притворившись, что ничего не понимаю.  
    В голове будто бьет барабан и через его глухой стук, эхом отдающимся в ушах, свой голос кажется чужим:     
    — Милый, может иди руки помой, а то если ты касался полок, то могли к тебе прицепиться мельчайшие частички яда. Не дай Бог, чтобы они потом тебя еще и отправили, всё же мы сейчас ужинаем, — под такой деланной заботой скрывается явное желание сбить Верна с мысли и выиграть немного времени, перед тем, как он задаст мне ненужные вопросы.   

     

  106. — Не беспокойся, дорогая, я там ничего не трогал. Просто взглянул всё ли на местах. Ты же знаешь, как для меня важно, чтобы во всем был порядок, — отвечает он тебе, и в его голосе ты не слышишь ничего угрожающего, можно даже поверить, будто ничего страшного не происходит.

    — Не могла бы ты заварить нам кофе? — спрашивает он, берясь за приборы снова. — Я бы и сам мог, но у тебя получается лучше. Тебя не затруднит?

    Спаркс перевод взгляд с него на тебя и обратно, как будто чувствует что-то неладное.

  107. Ага, не беспокойся, а то я не понимаю, зачем меня просишь кофе вам сделать! К такому затяжному чувству страха и нервозности примешивается непривычное для меня злостное раздражение. Но понятно, что слова, которые я буквально выкрикнула в своей голове, не были озвучены. Вместо этого муж услышал от меня следующее:

    — Нет, не затруднит. Как хотите, с молоком, сахаром, просто так? 

    Если Верну нужно время, чтобы всё рассказать Спарксу, хорошо, это случится, хочу я этого или нет. А если я не пойду и продолжу сидеть с ними, то это вызовет еще больше подозрений и покажет, что со мною что-то не так, ведь его просьба не выглядит криминально. На кухне же я смогу придумать, как защитить себя, если что… Если что…

    Я нащупываю телефон в кармане, он моя надежда как-то связаться с внешним миром, который отрезал от меня Верн, когда закрыл входную дверь. Конечно, еще остаётся окно на кухне, но вот только нужно ли воспользоваться им..

    Нервная злость заставляет меня взять себя в руки, как-бы это парадоксально не звучало. Всем своим видом показываю, что готова выполнить просьбу мужа и решительно встаю. 

  108. — Мне как обычно, — коротко улыбается Верн, ты уже давно изучила этот вопрос — со сливками и без сахара.

    — Черный, как моя душа, — оскаливается Спаркс, подмигивая тебе.

    В кухню ты проходишь беспрепятственно. Женя на твое сообщение пока не ответила, из-за чего ты чувствуешь себя особенно одинокой в сложившихся обстоятельствах.

  109. Газ в комфорке шикнул синим пламенем, ожидая когда я поставлю свою любимую мельхиоровую турку на маленький огонёк. 
    Открыв дверцу шкафчика, я с таким равнодушием беру банку с кофе и турку, что выскочи на меня сейчас крыса, кажется, даже не вздрогнула бы. Ложку для Верна, две ложки для Спаркса — пусть уже пьют вкусный кофе, раз мы разыгрываем спектакль "Никто ничего не знает".
    Как только я поставила кофе вариться, начался обратный отсчет до того момента, когда я снова окажусь лицом к лицу с грозящей опасностью. Убедившись, что огонька достаточно и кофе сварится как надо, я поворачиваюсь к столу. Доска с ножом так и остались лежать на деревянной поверхности столешницы. Как-то не особо задумываясь, я беру их, чтобы положить в посудомойку, ведь что-то, а аккуратность на кухне всегда должна быть.    
    В холодном лезвии ножа сначала отражается кухня, шкафчики, растения. Всего на секунду задержавшись, перед тем, как положить нож к остальным использованным приборам, я вижу отражение своего бледного лица. В глазах столько одиночества, усталости и чувства загнанности, что мысль о помощи из вне вызывает ироническую и злостную усмешку. Я одна, а значит и защитить должна себя сама! 
    Напоследок сверкнув стальным отблеском, нож прячется в широком поясе юбке, надежно завёрнутый от чужих глаз и сверху прикрытый кофтой.
    Кофе скоро будет готов.  
         

  110. Они и правда переговариваются за твоей спиной. Слов ты не разбираешь, да твой измученный мозг и не хочет ничего разбирать. Ещё сегодня утром ты жила своей обычной размеренной жизнью: сигарета с утра, возня с растениями, ужин по вечерам, вечер в клубе в четверг… А сейчас — это как будто не твоя жизнь, и не с тобой все происходит. 

    Кофе медленно заполняет приятным запахом кухню. В стекла, за которыми уже царит ранняя осенняя ночь, бьют редкие капли дождя. В трубах что-то булькает, холодильник мерно гудит. Запах кофе становится прогорклым, как будто в него домешалась твоя горечь от утраты той жизни, что ты вела раньше.

    Две чашки на посеребренном подносе. Верн приносил тебе на этом подносе кофе в постель иногда по утрам — в выходные. Вы вместе строили планы на день и на жизнь, нежась в подушках. Невозможно поверить, что это был тот же человек, что сидит сейчас за столом и встречает тебя этим холодным змеиным взглядом, пока ты расставляешь чашки перед мужчинами. Никто из них не говорит тебе спасибо. Спаркс рассматривает тебя уже с какой-то другой улыбкой. Выжидательной.

    — Садись, милая, — говорит тебе Верн, едва ты собираешься унести поднос обратно на кухню. 

  111. Улыбка Спаркса — мерзкая, будто пса, который только и ждёт команды "Фас!" — как не странно, стала для меня сигналом, что скоро всё может закончится, вот только как…
    Ледяной взгляд мужа вновь заставляет моё нутро сжаться, только теперь к животному страху примешивается злость. Я не виновата, что его тяжкий грех открылся. Я не виновата ни в чём! Нервы дрожат будто туго натянутые струны, готовые лопнуть от любого движения. 
    Сталь ножа уже согрелась теплом тела, заставляя помнить про его только тяжестью. 
    — Хорошо, милый. Вот только может еще чего принести? Раз у меня в руках остался поднос, — сохраняя жалкие остатки самообладания и уже не на что не надеясь, проговариваю я. 

  112. — Да нет, думаю, у нас всё есть, — улыбается тебе Верн, только в этой улыбке нет ничего дружелюбного. — Мы тут все болтаем и болтаем со Спарксом о пустяках. Может ты нам расскажешь, как твой день прошел? Созванивалась с кем-нибудь?

    Спаркс вытирает пальцы салфеткой, пододвигает к себе кофе и продолжает смотреть на тебя плотоядно. Ты чувствуешь себя окороком на витрине, на которую таращится голодный пёс. У него пылают уши и щеки, а лоб вспотел, руки наверняка тоже. 

  113. — Ха, ну раз о пустяках, то мой рассказ точно подходит, — немного нервно прозвучала моя фраза, но что же сделаешь, сказал "а", говори и "б". — Забежала к миссис Девенпорт в гости. Не знаю, знакомы ли Вы, мистер Спаркс, с этой милой женщиной. Потом уже по дому занималась своими женскими делами, приготовила для нас ужин, за готовкой так время летит, что даже кроме тебя, милый, и не с кем не успела поговорить. А, кстати, Верн, я вместе с дочкой Саманты — она будет на машине — поеду на похороны маленького Тедди МакКини. То что с ним произошло, просто ужасно, и я не могу остаться в стороне и не высказать сочувствие семье МакКини.  
    Возможно, я сейчас подлила масло в огонь, но пусть будет так. На вопрос я ответила, это главное. То, что было сегодня на самом деле, только мне положено знать.  

  114. Спаркс делает большой глоток из чашки, довольно крякает, глянув в неё и на вопрос о похоронах тут же смотрит на твоего мужа.

    Верн тоже отпивает, не сводя с тебя глаз. 

    — Похороны? — переспрашивает он, приподняв бровь. —  А когда они будут? Может, нам тоже стоит поехать? 

    Он впервые выдает себя, потому что на этом вопросе на лице его появляется совершенно неуместная жуткая улыбка.

  115. Сколько же была на моих глазах пелена, Боже?! Через эту жуткую улыбку на меня смотрит будто сам дьявол. Зная свою причастность, еще и позволяет себе издеваться. Если же хочешь заявиться на похороны, то не со мной под руку, это точно. 
    Перед тем, как ответить, я беру приборы в руки и отрезаю кусочек уже остывшего стейка. Есть совсем не хочется, но поддержание иллюзии "обычный ужин" сейчас важней.    
    — Тело бедного мальчика нужно предать земле, поэтому похороны будут завтра. Со слов миссис Девенпорт, службу будет вести отец Бенедикт и начнется она в полдень. Больше мне ничего не известно. И не знаю насчет вас, ведь мне место в машине точно будет среди других женщин. А если же захотите присоединиться к службе, то придется добираться своим ходом, извините. Так что, тут на ваше усмотрение остаётся. 

  116. — Думаю, мы придем. Если не будем заняты чем-то более важным. Или интересным, — кивает Верн и снова делает аккуратный глоток из кружки. — Милая, ты знаешь… Ты всегда нравилась Стивену, — произносит он не глядя на тебя.

    Ты не сразу вспоминаешь, что Стивен — это имя Спаркса, который сидит сейчас напротив тебя.

    Когда Верн это говорит, полицейский, отставляет чашку с кофе в сторону, подается вперед и упирается в тебя таким взглядом, что у тебя деревенеют руки. До тебя доносится его крепкий мужской запах, едва перебитый одеколоном. 

    — Как думаешь, не стоит ли тебе проявить к нему немного… ласки? — продолжает твой супруг.

    Лицо Спаркса в это время снова наливается кровь, он начинает тяжело дышать и смотрит на тебя уже откровенно плотоядно.

  117. В первые секунды разум не может осмыслить сказанные мужем слова. Верн, который был моей надеждой на защиту от всяческой грубости и насилия, теперь сам готов отдать меня на растерзание Спарксу. И при этом же будет испытывать удовольствие, зловещей улыбкой только поощряя своего цепного пса — по другому я не могу назвать мужчину напротив, буквально сжирающего меня похотливым взглядом. 
    В горле стоит ком, дикий ужас и приходящее осознание абсурдности ситуации пробуждает адреналин, а вместе с ним всё больше и больше в душе поднимается та черная злость, которая придает силы бороться за свою жизнь. 
    Упорно продолжая не обращать явного внимания на Спарска — хоть это безумно тяжело — я говорю совершенно несвойственные для себя слова, надеясь сыграть на мужском самолюбии Верна и чувстве собственничества: 
    — Я думаю, что мистеру Спарксу следует жениться, чтобы у него появилась своя женщина, которая будет давать столько ласки, сколько он захочет. Моя же, принадлежит только тебе, милый, ты ведь знаешь. Да и сам посуди, если бы я всё время раздавала направо и налево, как ты говоришь ласку, вряд ли у тебя самого что-то было бы. А для меня важна твоя … сытость.  

  118. Твоя тирада производит впечатление на мужчина — они смотрят на тебя с выражением изумления на лицах. То, что ты до конца остаешься леди, обезоруживает их. А затем удивление Верна перерастает во что-то иное, как будто теперь он поражен какой-то догадке. Он уже не смотрит на тебя. Он медленно подносит руку к вороту свитера и оттягивает его, будто тот его душит. А затем он начинает кашлять, как если бы чем-то подавился.

    Спаркс уже смотрит на него и озадаченно интересуется:

    — Эй, приятель, с тобой всё в порядке?

    Верн мотает головой и показывает себе за спину, как будто прося помочь ему. Все вы в школе когда-то учили прием Геймлиха, а Спарксу, как полицейскому, может и доводилось уже применять его на практике. Он решительно отбрасывает стул и торопится к твоему мужу, помогает ему подняться, сжимает его поперек туловища своими крепкими руками и начинает производить сдавливающие движения, чтобы освободить дыхательные пути.

    Мельком ты думаешь о том, что это удивительно — как Вернон мог подавиться, если пил сейчас только кофе.

     

  119. Еще мгновение назад я отчаянно боялась и старалась защитить свою жизнь от посягательства, а теперь на моих глазах жизнь потенциального обидчика под угрозой. Только в тот момент, когда Спаркс начал оказывать мужу помощь, мне удалось выйти из ступора. Интуитивно тоже желая помочь Верну, я подхватываюсь и со словами: "Секунду, я принесу воды", убегаю на кухню. Остаться безучастной в этой ситуации точно не могу. 
    Подбежав к столу, на котором всегда стоит тяжёлый стеклянный графин со свежей водой, я быстро достаю из шкафчика стакан и наполняю его более чем на половину. И на самом деле, как мог Верн подавиться, это же был обычный кофе, который я всегда варила. Какая-то часть меня решила оправдать эту странность вполне логичной догадкой — просто жадно втянул напиток. Уставший от будто бесконечных переживаний мозг с радостью старается принять такую версию, ведь похоже на правду…

     

  120. Ты замираешь со стаканом воды на пороге, так как видишь, что твой муж уже лежит на полу и Спаркс трясет его за плечи с испуганными видом.

    — …дыши же! Давай, твою мать, дыши!.. Что ж это, блять, такое…

    Ты замечаешь, что у головы Вернона образовывается темная болотного цвета лужица. Черная жидкость тонкой струйкой течет из его рта — на кофе не похоже.

    Заметив тебя, Спаркс отпускает тело твоего супруга, медленно поднимается на ноги и смотрит на тебя прищуренными глазами:

    — Ты что ему подсыпала, а? — тихо и угрожающе спрашивает он.

  121. Будто в киношной замедленной съёмке, стакан выскальзывает из рук и падает на пол, расплёскивая вокруг воду, превращая паркет в мокрый как от дождя тротуар. Но я этого просто не замечаю. Весь мой взгляд притягивает приоткрытый рот Верна и струйка черной жидкости, которая кажется ошибкой или чей-то злой шуткой. Машинально подаюсь вперед, сама не понимая зачем, и сделав буквально пару шагов, застываю на месте как вкопанная от слов Спаркса.  
    — Я… я… точно ничего не делала… Это же просто кофе, обычный кофе, у Вас такой же! — голосом полным отчаяния, взвинченности и непонимания я стараюсь оправдаться за то, чего не делала. — Нужно звонить в 911, быстрей, он же умирает! Почему Вы перестали ему помогать, ну же, к чему эти пустые разборки?! 

  122. — У меня такой же?.. Да я тебя… — Спаркс делает шаг к тебе, вытянув вперед грубые большие руки, поросшие рыжеватыми волосами. Он явно собирается тебя придушить, и слова про скорую пропускает мимо ушей.

    Но затем он замирает и издает странный булькающий звук. Хватается за горло и сгибается  — изо рта его на пол хлещет черная болотная струя, забрызгавшая подол твоей юбки.

  123. — Господь Всевышний! — схватив подол юбки, чтобы стряхнуть воду, пока она не успела впитаться в ткань, несознательно резко шарахаюсь назад и со всего маху ударяюсь спиной об дверной косяк, который отказался так неожиданно близко. От резкой боли ноги начинают слабеть и я медленно опускаюсь на пол под гул в ушах. Глаза застилает пелена слёз, от чего фигуры мужа и Спаркса теперь кажутся чёрными огромными пятнами.  
    Не знаю, сколько прошло времени, минута, а может и несколько, но непрекращающиеся булькающие звуки из горла начальника полиции заставляют меня несмотря на собственную боль подняться на ноги, чтобы позвонить в 911, как этого и хотела.
    С трудом встав (то ли от сильного ушиба такая слабость, то ли от событий этого безумного дня), понимаю, что не смогу дойти до домашнего телефона и начинаю судорожно вспоминать, где я могла положить мобильный. Нащупав его в кармане, достаю и дрожащими руками набираю номер экстренной службы. 
    — Алло, пожалуйста, приезжайте быстрей, моему мужу и его другу плохо, кажется, они умирают! Адрес: 5113 Орчард-авеню, Дирборн, Аделина Элмерз, — чуть ли не кричу в трубку я. 

  124. Спаркс, выдавив еще несколько спазмов, валится на бок и замирает на полу, скрючившись и схватившись за живот. Оба мужчины лежат неподвижно.

    Набрав номер и выпалив это в телефон, ты вдруг запоздало понимаешь, что трубка на том конце поднялась, но ты так и не услышала привычного "911, что у вас случилось?".

  125. — Алло?.. Алло, вы меня слышите? — очень удивившись тишине на том конце провода, я пробую еще раз добиться ответа.

  126. В трубке сначала слышится только глухая тишина, потом тебе чудится, будто там кто-то дышит. И когда ты уже собираешься отнять трубку от уха, чтобы попробовать перезвонить снова, ты слышишь низкий женский голос:

    -Тебя посадят, милочка. Это же ты их отравила.

  127. Рывком отняв трубку от уха, отшвыриваю телефон от себя, будто в руке была змея, а не просто средство связи. 
    Внутри всё леденеет от ужаса, и не в силах больше терпеть всего этого издевательства, я прячу лицо в ладонях. Давно подступающие слёзы бурным потоком полились по щекам, всё больше и больше превращаясь не в простое проявление минутной слабости, а в отчаянные рыдания. 
    Когда первая волна слёз проходит, я быстро вытираю их остатки рукавом кофты и делаю несколько глубоких вдохов. Нужно продолжать звать на помощь, срочно! С этой мыслью я стремительно иду к стационарному телефону. Стараясь гнать от себя слова сказанные незнакомым голосом, я нахожу в записной книжке телефон Жени и набираю номер её мобильного. Сжав в руке крест розария, как никогда искренне молюсь, чтобы только мне ответила подруга. 

  128. У Жени со связью все в порядке, она снимает трубку после третьего гудка и веселым голосом спрашивает:

    — Приветик, дорогая. Уже соскучилась?

    Мужчины в столовой не шевелятся, лишь разрастаются черные лужи возле их голов.

  129. — Женя, милая! Женя, пожалуйста, помоги мне! Верну и Спарксу плохо, они уже не шевелятся, а я не могу дозвониться в 911. Мы просто пили кофе, всё было нормально, — взахлеб я проговариваю в трубку. — Пожалуйста, вызови скорую на мой адрес. Мне очень страшно одной, если можешь, приезжай.  
    Особенно в последней просьбе слышится отчаяние и огромное желание сторонней помощи в завершении всего этого кошмара. 

  130. — Подожди-подожди, дорогая. Сделай вдох-выдох и скажи ещё раз. Эти два козла перепили и заснули? Тогда тебе не нужна скорая, тебе нужно подождать их пробуждение и подать на развод! — голос Жени звучит обеспокоенно.

  131. — Нет, нет, ты не поняла. Мы пили кофе, а потом Верн начал задыхаться и упал, и с его рта полилась черная жидкость. Спаркс подскочил ко мне с криками, но у него из рта хлынула такая же жидкость. Теперь они лежат и не шевелятся, а черная лужа всё больше. Я звоню в скорую, а нет ответа. Женя, помоги, позвони в скорую, пусть им помогут. 

    Даже в панике я решаю, что пока нужно утаить от подруги слова женского голоса в трубке. И все обвинения в отравлении.  

  132. — Боже мой… — выдыхает Женя. — Милая, я… Конечно, я позвоню, только напомни твой адрес. Но что с ними случилось? Ты пыталась делать искусственное дыхание? 

  133. — Спасибо, большое спасибо, милая. 5113 Орчард-авеню, Дирборн, — немного помедлив, вспоминаю события вечера. — Я сама не поняла, всё произошло так быстро и очень напугало… Вода продолжает вытекать с их ртов, а сами они, кажется, без сознания. 

  134. — Я сейчас позвоню. Не выходи из дома, дорогая, и… О, чёрт, батарейка садится! Я сейчас побегу в офис, вызову "скорую" со стационарного телефона, а потом перезвоню тебе, хорошо? Жди моего звон…

    Ваш разговор обрывается и вызов завершается. 

  135. Отняв трубку от уха, я с не малым облегчением выдыхаю и кладу трубку назад. Слава Богу, Женя мне поможет. Осталось только дождаться звонка. И хоть только пару секунд назад мы закончили разговор, а я уже в ожидании гипнотизирую телефон. Мнительность внутри меня заставляет тщательно проверить, правильно ли лежит трубка: поднять и снова опустить на базу, поднять и снова опустить.
    Скрип половицы в гостиной, если он мне конечно не показался, оторвал от манипуляций с телефоном и заставил прислушаться. Только теперь я поняла, какая глухая тишина стоит в доме и как она пугает. Ещё раз выдохнув, я поправляю волосы, усердно закладывая выбившиеся пряди за уши, замечаю, как у меня дрожат руки. Нет, пора мне успокаиваться, ведь всё еще не кончилось.
    Тело отлично знает, что ему нужно, поэтому я быстро прохожу к лестнице, стараясь, не смотреть в сторону гостиной, и поднимаюсь наверх, чтобы забирать со столика на балконе так опрометчиво оставленную днём пачку сигарет и зажигалку. Положив их в карман, я спускаюсь. Если и курить, то лучше на первом этаже, на кухне, оттуда обычно хорошо слышно телефон. Вот только сначала нужно пройти через гостиную. 
    Мужчины остались на тех же местах, не подавая при этом никаких признаков наличия сознания. Помощь скоро приедет, врачи разберутся, с такими мыслями юркаю в кухню и приоткрываю окно. Сделав первую затяжку, я чувствую как тело немного расслабляется, а в голове появляется приятный шум. Рука направляет сигарету в сторону окна, чтобы дым не так сильно шел назад в дом. Капли дождя уже почти перестали падать. 

  136. Время тянется медленно, а телефон все не звонит и к дому никто не подъезжает. Тебе кажется, что прошло уже не меньше часа, когда ты решаешься снова взглянуть на часы, однако в действительности ты сидишь в мертвой тишине дома не более двадцати минут.

    Поскольку ты не видела, чтобы к дому кто-то подходил, ты по-настоящему пугаешься, когда слышишь в столовой, где лежат тела мужчин, шаги.

Добавить комментарий